Кто ты без своего костюма? Художник, кондитер, тату-мастер…

Опубликовано 31 марта 2014 в 15:48
0 0 0 0 0

Когда я ехала на это интервью, то думала, что расскажу вам о художнице. Но все сложилось немного иначе.

алия енилеева
У: Вот ты сидишь передо мной, Алия Енилеева, нам нужен твой портрет, поэтому колись: кто ты?

А: Меня зовут Алия, мне 23. Я вообще могла не переехать в Уфу и не сидела бы тут, с тобой не разговаривала.

У: А где ты родилась?

А: В Ташкенте. У меня было очень крутое детство.

У: Как 24 планируешь праздновать?

А: Это зависит от того, буду ли я довольна, что мне уже 24.

У: А что бы ты хотела успеть?

А: Я как-то уже ставила себе рамки. Мне тогда было 16 и я решила, что до 18 лет я должна научиться плавать и кататься на велосипеде.

У: Видимо, не вышло?

А: Ну да. Так что я не загадываю, но планирую успеть выйти замуж до 24-х.

У: Пока мы не перешли к делу, расскажи какие у тебя есть бесполезные таланты.

А: Я умею шевелить ушами и носом.

У: Мне кажется носом могут все.

А: Не скажи, мой будущий муж вот не умеет.

У: Так, с моим жестким блиц-опросом ты справилась. Поэтому теперь мы перейдем к тому как ты начала рисовать.

А: Я до сих пор помню тот день. Когда я сказала маме, что хочу рисовать. По дороге в мой детский садик была булочная.

У: О, булочки с изюмом.

А: Нет, победили булочки с джемом. Мне по одной покупали, когда мы шли в садик и  обратно.

У: Ты же должна была быть огромной!

А: А я больше почти ничего и не ела.

работа алии

В этом садике нас подготавливали к школе. Давали всякие задания. И вот однажды сказали нарисовать слона. И мой слон вышел как настоящий. Я, в отличии от всех других детей нарисовала его серым. У меня дома где-то этот листочек лежит. Меня, разумеется, похвалили и вселили уверенность.

И вот мы идем из садика, мама покупает мне булочку и спрашивает: “Ну как Алия дела в садике?”. И я рассказываю ей какая я классная, достаю ей тетрадку — показываю, что нарисовала. А она спрашивает — “Ты хочешь стать художником?” А я: “Конечно, да”.

У: И вот стала.

А: Ну да. Мне, конечно, иногда это надоедало, но потом я поняла, что рисование — именно то, чем я могу заниматься всегда, вне зависимости от настроения и погоды…

У: Независимо от того, что дождь стирает твои краски?

А: Как то так, ага (смеется).

У: А как ты себя развлекала в детстве?

А: Я когда уфимцам рассказываю про одну игру, всегда вижу неприкрытое удивление. Потому что мы играли в кости.

У: Убивали соседей, брали кости и…?

работа алии

А: Вообще, ты близка. Но это были кости баранов. Я не помню всех нюансов, но выигравший забирал все кости, которые стояли на кону.

У: Да это же покер на костях!

А: Нет, это ашички. Кости, кстати, так и называются. Если я не ошибаюсь — это коленный сустав барана. И чем больше он был, тем считалось круче. А если его выкрасить маминым лаком — так вообще шикарно.

У: А ты разрисовывала сами кости?

А: Вот нет, кстати. Считалось что они должны быть ровненькими.

алия елилеева детство

Мы еще с братом в Царя горы играли. Я  как раз должна была поступать в художественную школу. Мне тогда было 7 лет. И вот, я заняла первая стул, который стоял на кухне, а он меня оттуда скинул со словами: “Нет, я победил”.

Через несколько дней мы узнали о переломе руки. Ну я ныла постоянно, что болит, а мне все отвечали, что до свадьбы заживет. Что это всего лишь ушиб. Оказалось — две кости сломаны. А там как раз меньше недели до экзаменов оставалось, и меня, в итоге, приняли с одной картиной, потому что пожалели. Сломанной рукой ведь проблематично рисовать.

У: Можно было носом, который шевелится!

А: Аххахх, тогда я об этом не знала.

У: А какие различия ты видишь между Ташкентом и Уфой?

А: Их слишком много. Ташкент это все-таки восточный город, и традиции там восточные — все очень вежливые, в гости придешь, на стол поставят все, что есть дома и еще извинятся, что нечем угостить, даже если стол будет ломиться от разнообразных блюд.  А тут люди что думают, то и говорят в лицо, поначалу это пугало очень. Все казалось враждебным. И в гостях мне было странно. Но самое главное, я столько снега в жизни не видела. Здесь очень много снега. И холод для меня адский. В Ташкенте намного теплее.

Вообще, там я ходила в художественную школу и меня постоянно окружали творческие люди. У меня класс был художественный плюс музыкальный. И было тяжело, после переезда здесь с нормальными людьми общаться.

У: Ты еще музыкой занималась?

А: Я как девочка, которой было делать нечего, ходила на хор. Ну, на самом деле, я еще ходила на бальные танцы и шахматы. Но с танцами пришлось завязать. Я была так загружена, что ничего не помню. Никаких воспоминаний — только работы остались.

У: А ты ходишь петь в караоке?

А: Нет, но собираюсь когда-нибудь.

У: И что бы ты хотела спеть?

А: Ну вообще, я отлично пою Билана. Когда он первый раз участвовал в евровидении — я за него болела, но он, как ты помнишь, не выиграл. А когда он поехал во второй раз, мне уже было все равно, а он как назло победил. Обидно немного.

У: Может стоило не болеть в первый раз и все бы получилось?

А: Тоже самое творится с нашим хоккеем. Когда я не болею за наших они выигрывают.

У: Скажу я вам, теперь тайна раскрыта!

А: Стоит рассказать еще про то, что до 14 лет я занималась футболом. А потом я стала старше и поняла, что быть защитником — это больно. И вот в чем суть, т.к. я играла в футбол, то могла не ходить на физкультуру. И учителя поставили мне одно условие. Каждые пол года я должна была сдавать нормативы. И вся фишка в том, что мою оценку в четверти решало попаду я в баскетбольное кольцо с первого раза или нет. Если подала — мне ставили 5, а если нет — то 4.

алия енилеева

У: А на какую специальность ты в итоге пошла учиться?

А: Я заканчиваю педагогический по специальности ИЗО. Т.е. я учитель рисования.

У: Планируешь учить детишек?

А: Так вышло, что у меня вся семья — это жесткие критики, и я выросла такой же. Поэтому, когда я заехала как-то на практику в школу к подруге (слава богу, не к себе)  ко мне подошла девочка радостная и спросила, показывая на свою работу: “Ну как?”. Я ответила, что не стоит ей никогда в жизни больше рисовать. Мне было потом очень неловко и я извинилась.

У: Никаких, в общем, сломанных маленьких сердец.

А: Если идти вообще преподавать куда-то, то только в художественную школу. Потому что из общеобразовательных убирают предмет ИЗО как обязательный.

У: Есть же вариант, что ходить будут только те, кто хочет рисовать.

А: А есть вариант, что никто не будет ходить.

У: Свои детские рисунки ты вообще помнишь, пересматривала?

А: Ничего этого не сохранилось, и как утверждает мама — ничего такого и не было. Никаких разрисованных обоев, тетрадей с калякой-малякой. В детстве я любила читать. Как в 5 лет меня научили, так все.

У: И что, за два года, до 7-ми лет ты успела прочесть? Наверное, “Мастер и Маргариту” как все очень любишь? (смеюсь)

А: Ну, нет, что ты. Я же когда начала рисовать не забросила книжки. А “Мастер и Маргариту” я прочла в 14, но ничего не поняла. Когда позже перечитывала, не скажу, что все же была восхищена. Но было интересно.

У: Нужно передать Булгакову, что его было интересно почитать.

А: Ну да, ничего так.

У: А в каких стилях ты сейчас сама пишешь?

А: Долгое время, лет до 16, я думала, что я график и моими любимыми материалами были карандаш, тушь, уголь, чернила.

У: У тебя депрессия была?

А: О чем ты говоришь, я просто усидчивая, могла чиркать долгое время. А потом я стала увлекаться акварелью и у меня пошло это дело. И пленер на первом курсе я сдавала  акварелью.

Пленер это когда ты идешь на улицу, берешь красочки, мальберт и рисуешь то, что видишь. Довольно быстрое занятие, потому что долго на улице не простоишь. Меняется свет, погода опять-таки.

Я натянула настоящий планшет 50*70 и нарисовала трамплин и баржу. В то лето я поняла, что это тот путь по которому я должна идти.

У: Ты долго над своими работами сидишь?

А: Акварель занимает максимум 2-3 дня. Навеяло, нарисовала и успокоилась.

У: Я знаю, что акварель очень сложный материал. Что мазнул не там и все — не исправишь

А: Ну да, так оно и есть. Я люблю метод лессировки. Когда каждый слой сильно разбавляется водой и наносится так слой за слоем.

работа алии

Есть всякие а-ля прима. Ты берешь лист бумаги, смачиваешь его водой и водишь уже красками. Но я не люблю его. Я вот хочу чтобы мазок был здесь и он должен быть именно здесь, а не там. А ля прима — это то, что растекается.

А: О, это для меня. А что ты думаешь о квадрате Малевича?

У: Вот его совсем не люблю. Я предпочитаю понятное искусство. Чтобы ты посмотрел и понял какие чувства картина у тебя вызывает. И то, что имел ввиду автор. А для меня, несмотря на то, что я с 7 лет этим занимаюсь, квадрат Малевича не понятен совсем.

У: Мне всегда казалось, что черный квадрат был чем-то новым в тот момент истории. Никто ведь такого не выдавал.

А: Это не правда, около 6 художников тогда рисовали квадраты.

У: Т.е Малевича просто распиарили?

А: Ну, Малевич был тем, кто сделал имя сначала на нормальных картинах. Довольно симпатичных.

У меня бывает такое, что я ставлю себя на место человека который думает: куплю я это или не куплю. И думаю, например — нет, такое никогда. На крайний случай, так же нарисовать смогу.

У: С квадратом я бы тоже справилась.

А: Ой, не говори, там техники разные использовались. И главное все это без линейки делалось.

У: Тогда ты права, у обычных смертных не выйдет. А если говорить о фильме “1+1”, где картина висела за 40 тысяч евро, такой мазок красной краской?

А: Я не считаю что такую цену можно  заплатить за такую картину. Но подобные вещи мне нравятся. Они экспрессивны. В них же есть какой-то смысл все-таки.

У: Какой найдешь — такой есть.

Алия: Ну, я считаю что автор, если он не полный муд*к, все-таки всегда что-то имеет ввиду.

У: А сколько ты считаешь должны стоить картины?

А: Я свои-то картины не могу оценить. Я знаю, что краски стоили столько то, бумага, еще столько-то. И вот на это все я потратила столько-то времени. Как из этого сложить цену? Я не знаю.

Я не думаю, что есть какой-то потолок. Но они не должны быть запредельно дорогими. Я считаю, что искусство должно идти в массы. С единственной оговоркой: если это не поп-арт. Потому что это уж слишком в массы. Даже ребенок может взять трафарет и нарисовать тебе портрет в стиле поп-арт.

У: Но ты же рисуешь портреты на заказ?

А: Я когда-то думала, что никогда не буду этим заниматься. Была радикальной. Считала, что никогда не буду учиться готовить, никогда не буду рисовать портретов на заказ. Но когда я поступила в университет, просить деньги у матери стало не очень хорошо.

И я, да, начала рисовать портреты. Я начала их просто дарить своим друзьям. Когда знакомые, родители их видели, они радовались и говорили, что у меня хорошо получается.

Я начала их продавать, довольно дешево, как по мне. Люди вообще предпочитают отдать какую-нибудь маленькую денюшку тем, кто нарисует не очень похоже. Шаржи у нас очень любят. Я удивляюсь, потому что шаржи это довольно-таки уродливо.

работа алии

У: Ты их совсем не рисуешь?

А: Я ближе к реальности, я все же реалист, да.

У: А у тебя есть желание когда-нибудь показать людям свое видение?

А: Ну смотри. Вот беру я фотографию. Люди чаще всего просят нарисовать портрет именно по фотографии, потому что это гораздо удобней. Ведь если они кому-то хотят подарить портрет, то делают сюрприз. Они же не приведут человека ко мне.

Или свадебную картину заказывают. Я же не поставлю их в костюме и платье, чтобы пока я рисую они все вспотели.

У: А что, короли потели.

А: И гораздо дольше. Я так долго не рисую. Акварель нельзя вымучивать. Она должна оставаться воздушной.

И вот о чем я. Каждый мой портрет отличается от другого. При этом я никогда не рисую фон, не прорабатываю одежду. Я уделяю много времени лицу. Оно должно быть как на фотографии, или как на человеке, который сидит передо мной. А остальное все размыто. Тут речь о фото-реализме, конечно, не идет. Навряд ли там было что-то размытое на фоне. Ну, ты понимаешь.

Иногда, когда я хочу подчеркнуть чем занимается человек, или чем отличается, я начинаю привносить в картину предметы его жизни, которых передо мной нет.

портрет алии енилеевой

У: А как ты относишься к гиперреализму?

А: Тут двояко. Есть все же фотографии. Ты можешь сфотографировать на макро там или микро. Но если ты взялся за картину, то должен сделать что-то действительно выдающееся. Не бутерброд перерисовать с большой фотографии, не часть тела. А что-то такое, с задумкой. И если так выйдет — тогда  я скажу: да.

Множество непрофессиональных художников, кстати, увлекается гиперреализмом. Они вообще не получали никакого академического образования.

натюрморт

У: Тогда как они это делают? Берут лампу, стекло и просто перерисовывают?

А: Нет, нет, нет, нет. Таким никто не занимается, я надеюсь.

Когда гиперреалисты что-то рисуют. Они не делают изначальных контуров. Они выбирают одно место, например, глаз и от него уже пляшут дальше. Кстати, так нельзя делать.

У: А что ты думаешь о том, когда художники лезут в политику?

А: Мне как раз недавно предлагали нарисовать одного из правых деятелей Крыма. Естественно, в осуждающем виде. И я подумала, что это можно было бы сделать. Но с другой стороны, активно высказывать свою политическую точку зрения, тем более, если я ее не придерживаюсь — это не по мне. Я ведь живу в своем мире и мне важно, чтобы меня не трогали. Я не интересуюсь политикой и прочими штуками.

У: А какими ты проектами уже занималась?

А: Мне сразу вспомнился международный проект из Бангладеша: “Как дети видят будущее”. Мне тогда было лет 12 и нам предложили нарисовать картины какого-то смешного формата. Вроде, открытку. Все рисовали летающие тарелки, машины, инопланетян, огромные дома. А я нарисовала птицу.

У: Просто птицу?

А: Птицу, поющую в терновнике, с проколотым сердцем. И написала, что я верю и хочу, чтобы все люди стали свободны как птицы.

У: Это же заявка на победу.

А: О, там такая замута. Каждая картина была помещена в капсулу и ее закапали в землю. И через сколько-то лет, вроде 50, а сейчас уже 40, их должны раскопать и проверить. Я думаю, я не выиграю. Дожить бы до этого времени.

У: А в Уфе где засветилась?

А: Когда я переехала в Уфу, поняла, что все решают связи. Как было в Ташкенте? Кто-то что-то узнал и сказал другому. Что вот конкурс будет, например. А тут я никого не знала. Какие конкурсы? Мне было тяжело следить, поэтому я мало где принимала участие.

У: Может ты сама хочешь начать организовывать что-нибудь, людям показывать?

А: Я из тех людей, кто с организацией плохо дружит. Я могу, конечно, людей собрать на какое-то дело, но я не смогу этим долго заниматься. Например, сейчас, я вместе со своими друзьями делаю бабочки. Они реально эксклюзивные, на них авторский принт.

Еще я начала заниматься татуировкой. Пробую себя в рисовании на людях. Но пока выходит не очень. Надеюсь, что года через 1,5 меня будут знать.

У: А кто стал первым подопытным?

А: Во-первых, я говорю моделям честно, что бью только на отчаянных людях, кому все равно на результат. А вообще, это отличная история. Оговорюсь сразу, что эскиз был полностью не мой. Я его просто исполнила. Это очень странный человек. Он перед тем как мы начали сказал: “Как бы ты хорошо не набила эту татуировку — она в любом случае будет го*ном”.

Я реально набила ему какашку, вокруг солнышко, динамит и попу.

тату

У: Т. е. Как и в детстве ты на разрыв сейчас?

А: Я знаешь, да, не хочу никогда работать на дядю. Хочу, чтобы все проекты исходили только от меня. Лет к 30 планирую открыть свою кондитерскую.

У: Будешь рисовать на пирожных?

А: Нет, буду делать самые крутые пирожные в мире.

Такой вот нехитрый диалог сложился у нас в итоге. Об искусстве он, или о жизни, решать только вам. Лично меня, когда я взялась за этот материал, внутренне подталкивали сами законы мироздания. Ведь у нас как принято? Если вы о ком-то говорите, то этот человек обязательно должен быть великим. А тут перед нами предстала девушка, которая только начала свой путь. И у нее ведь тоже оказалась своя история, как мне думается, яркая и удивительная.

0 0 0 0 0

Вконтакте
facebook